Лев Троцкий

Умерла Крупская

главная страница | список работ льва троцкого

Крупская была не только женой Ленина - не случайно, разумеется, - она была сверх того лично выдающимся человеком: по своей преданности делу, по своей энергии, по чистоте своей натуры. Она была несомненно умным человеком. Но нет ничего удивительного, если рядом с Лениным ее политический ум не получил самостоятельного развития. Она слишком часто убеждалась в его правоте и привыкла доверять своему великому спутнику и руководителю. После смерти Ленина жизнь Крупской сложилась в высшей степени трагически: она как бы расплачивалась за выпавшее ей на долю счастье. Болезнь и смерть Ленина - опять-таки не случайно - совпали с переломом революции, с началом термидора. Крупская растерялась. Ее революционное чутье боролось с духом дисциплины. Она пробовала сопротивляться сталинской клике и попала в 1926 году ненадолго в ряды оппозиции. Испугавшись раскола, она отшатнулась. Потеряв веру в себя, заметалась, а правящая клика делала все, чтобы нравственно сломить ее. Внешним образом ей оказывались знаки уважения, вернее полупочета. Но внутри аппарата ее систематически компрометировали, чернили, унижали, а в рядах комсомола о ней распространялись самые нелепые и грубые сплетни. Сталин всегда жил под страхом протеста с ее стороны. Она слишком многое знала. Она знала историю партии. Она знала, какое место занимал в этой истории Сталин. Вся новейшая историография, которая отводила Сталину место рядом с Лениным, не могла не казаться ей отвратительной и оскорбительной. Сталин боялся Крупской, как он боялся Горького. Крупская была окружена кольцом ГПУ. Старые друзья исчезали один за другим: кто медлил умирать, того открыто или тайком убивали. Каждый ее шаг проходил под контролем. Ее статьи печатались только после долгих, мучительных и унизительных переговоров между цензурой и автором. Ей навязывали поправки, которые нужны были для возвеличения Сталина или реабилитации ГПУ. Видимо, целый ряд наиболее гнусных вставок такого рода делался против воли Крупской и даже без ее ведома. Что оставалось делать несчастной раздавленной женщине? Абсолютно изолированная, с тяжелым камнем на сердце, неуверенная как поступить, в тисках болезни, она доживала тяжелую жизнь.

У Сталина ослабела, видимо, охота к инсценировке сенсационных процессов, которые успели уже разоблачить его самого пред лицом всего мира, как самую грязную, преступную и отталкивающую фигуру. Не исключен все же какой-либо новый процесс, где новые подсудимые будут рассказывать о том, как кремлевские врачи, под руководством Ягоды и Берия, принимали меры к ускорению смерти Крупской... Но с врачами или без врачей, а режим, который Сталин создал для нее, несомненно сократил ее жизнь.

Мы далеки от мысли винить Надежду Константиновну в том, что она не нашла в себе решимости открыто порвать с бонапартистской бюрократией. Более самостоятельные политические умы колебались, пробовали играть в прятки с историей и - погибли. Крупской было в высшей степени свойственно чувство ответственности. Личного мужества у нее было достаточно, но ей не хватило мужества мысли. Мы провожаем ее с глубокой скорбью, как верную подругу Ленина, как безупречного революционера и как одну из самых трагических фигур революционной истории.

Л. Т.

Бюллетень оппозиции (большевиков-ленинцев)
N 75-76.